Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров,
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от мелких своих катастроф.

Детям вечно досаден их возраст и быт,
И дрались мы до ссадин, до смертных обид,
Но одежды латали нам матери в срок,
Мы же книги глотали, пьянея от строк.

Липли волосы нам на вспотевшие лбы,
И сосало под ложечкой сладко от фраз.
И кружил наши головы запах борьбы,
Со страниц пожелтевших слетая на нас.

И пытались постичь мы, не знавшие войн,
За воинственный клич принимавшие вой,
Тайну слова «приказ», назначенье границ,
Смысл атаки и лязг боевых колесниц.

А в кипящих котлах прежних войн и смут
Столько пищи для маленьких наших мозгов,
Мы на роли предателей, трусов, иуд
В детских играх своих назначали врагов.

И злодея следам не давали остыть,
И прекраснейших дам обещали любить.
И друзей успокоив и ближних любя,
Мы на роли героев вводили себя.

Только в грезы нельзя насовсем убежать,
Краткий век у забав, столько боли вокруг.
Попытайся ладони у мертвых разжать
И оружье принять из натруженных рук.

Испытай, завладев еще теплым мечом,
И доспехи надев, что почем, что почем!
Разберись, кто ты – трус иль избранник судьбы,
И попробуй на вкус настоящей борьбы.

И когда рядом рухнет израненный друг
И над первой потерей ты взвоешь, скорбя,
И когда ты без кожи останешься вдруг,
Оттого, что убили его, не тебя.

Ты поймешь, что узнал, отличил, отыскал,
По оскалу забрал – это смерти оскал,
Ложь и зло, погляди, как их лица грубы,
И всегда позади воронье и гробы.

Если мяса с ножа ты не ел ни куска,
Если руки сложа, наблюдал свысока,
И в борьбу не вступил с подлецом, палачом,
Значит, в жизни ты был ни при чем, ни при чем!

Если путь прорубая отцовским мечом,
Ты соленые слезы на ус намотал,
Если в жарком бою испытал, что почем,
Значит, нужные книги ты в детстве читал

Кто верит в Магомета, кто в Аллаха, кто в Иисуса
Кто ни во что не верит, даже в черта назло всем
Хорошую религию придумали индусы –
Что мы, отдав концы не умираем насовсем
Стремится ввысь душа твоя
Родишься вновь с мечто-ою
Но если жил ты как свинья
Останешся свинье-ою

Пусть косо смотрят на тебя – привыкни к укоризне
Досадно – что ж, родишься вновь – на колкости горазд
И если видел смерть врага еще при этой жизни,
В другой тебе дарован будет верный зоркий глаз

Живи себе нормальненько
Есть повод веселиться
И может быть в начальника
Душа твоя вселится

Такие ситуации простор воображенью
Был гордым и почтенным, а родился дураком
А если мало радует такое положение
Скажи еще спасибо что не сделался скотом

Уж лучше сразу в дело чем
Копить свои обиды
Ведь если будешь мелочен
Докатишься до гниды

Пускай живешь ты дворником родишься вновь прорабом,
А после из прораба до министра дорастешь
Но если туп как дерево – родишься баобабом
И будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь.

Досадно попугаем жизнь
Гадюкой с длинным веком
Не лучше ли при жизни быть
Приличным человеком

Да кто был кто, да кто был кем мы никогда не знаем
С ума сошли генетики от ген и хромосом
Быть может тот облезлый кот был раньше негодяем
А этот милый человек был раньше добрым псом

Я от восторга прыгаю
Я обхожу искусы
Удобную религию
Придумали индусы